Настроение в формате жесткого похмелья

[2.kla$]

Середина января двенадцатого года, элеватор на Кордоне. В кузове «КамАЗа» после вчерашнего культурного отдыха откисает Татарин; вокруг валяются мормышки водки, пустые упаковки из-под шпика, сала и галетов. Из-за громких криков и выстрелов вблизи амбара Владлен с дичайшим трудом открывает сонные и красные глаза, вспоминая, кто он такой и где вообще находится ещё несколько минут.​

​

Опять не выспался нормально… И как в горах я только умудрялся в шесть утра подниматься? Зря вчера почти литр выжрал в одну харю: теперь голова ходуном ходит, ёбаный в рот… Ничего же не натворил вчера? Если натворил – хуёво будет. Не только мне, но и другим… Пиздец, бля, ещё и идти сегодня надо к свободным, чтобы за винтовку заебатую и новенькую у них спросить… Хотя и этот пока живой у меня.​

​

С сильнейшей головной болью и похмельем Татарин собирает портативный разогреватель из армейского ИРП, на котором готовит гуляш с картофелем и растворимый кофе. Настроение явно не для дальнего рейда: так ещё и погода на улице как назло испортилась. Тем не менее, желание заиметь себе снайперскую винтовку берёт верх над Татарином и вынуждает его собираться в ходку.​