0
- 93
- 786
Был когда-то человеком. Носил шеврон. Верил в «долг» или в «свободу». Строил из себя пахана на районе. Таскал артефакты учёным за процент. А потом — погорел. Кто-то на общаке лапу нагрел, кто-то ствол на командира поднял, кто-то просто не смог смотреть в глаза братве после того, как его опустили под «понятия». Итог один: выжженное клеймо на запястье.
Это теперь твой паспорт в Зоне. Метка Ренегата. С неё начинается новая жизнь. Вернее, начинается она с того, что ты валяешься мордой в болотную жижу, а кто-то из своих же выбивает тебе зубы за кусок хлеба. Потому что у нас нет «понятий». Нет «братвы». Есть только ты и твоя шкура. И стая голодных ублюдков, которым плевать, кем ты был вчера. Сегодня ты можешь быть королём свалки. Завтра — трупом под забором, и никто не вспомнит твоего имени.
Так было всегда. Ренегаты жрали друг друга, потому что больше некого жрать. Наркота — чтобы забыться. Кровь — чтобы почувствовать, что ещё живой. Беспредел — потому что по-другому уже не умеем.
Но даже у шакалов есть план.
Нас не интересуют артефакты. С ними возятся романтики, которые верят, что однажды найдут «Золотой шар» и станут богами. Нас интересует живой товар. Потому что человек — самый универсальный ресурс на обеих землях.
Контрабанда — наша стихия. Но не та, что у бандитов с их ящиками патронов. Мы перевозим то, о чём не говорят вслух. Пленные, от которых устали свои. Должники, не сумевшие отдать процент. Сталкеры, слишком много знающие. Учёные, променявшие совесть на билет на Большую Землю. Все они — груз. Мы — транспортная артерия между Зоной и тем миром, откуда нас всех когда-то вышвырнули.
Наши заказчики — те, у кого есть деньги и нет желания светиться. Им не важно, кто мы. Важно, что мы умеем доставлять. Важно, что наш груз пересекает периметр без лишних глаз. Важно, что мы не задаём вопросов. Потому что вопросы — это лишняя память, а память в нашем деле — смертельный груз.
Мы — отребье. Мы — грязь под ногами у тех, кто выше. Но именно поэтому с нами безопасно иметь дело. Потому что у нас нет флага, за который мы умрём. У нас есть только интерес. И если твой интерес совпадает с нашим — мы сработаем чисто.
Бандиты слишком шумные. «Долг» слишком принципиальный. «Свобода» слишком непредсказуемая. Военные — это государство, а государство оставляет следы.
У нас нет следов. Потому что нас нет. Официально.
Ренегаты не существуют в реестрах СБУ. Мы не проходим по сводкам майора. Мы — слухи, которые травят у костра бывалые сталкеры. Мы — страшилка для салаг, сунувшихся на Свалку. Мы — никто.
Идеальные исполнители.
Мы не забываем, кто мы. И метка на запястье — не просто клеймо изгоя. Это подпись. Эту боль не смыть спиртом. Эту боль не заглушить стволами в чужих затылках.
Но теперь мы сами выбираем, кому её причинять.
К нам приходят не за спасением. К нам приходят за решением. И мы решаем. Быстро. Грязно. Дорого.
Вы думаете, мы отребье? Может быть.
Вы думаете, у нас нет будущего? Возможно.
Вы думаете, мы опасны? Вы даже не представляете, насколько.
Потому что у того, кому нечего терять, есть только один путь — забрать всё у тех, кто боится потерять.
Добро пожаловать в Ренегаты.
Метку ставят при входе.
Обратного билета — нет.
Но груз будет доставлен.
Слово падшего.
Последнее редактирование:
