Голова у меня всю жизнь соображала, как надо. Я не из семьи гениев. Отец мой - плотник, изготавливает стулья и каркасы для кроватей. Мать всю жизнь проработала на швейной фабрике, пошивая постельное белье. В общем, жил я как все. Может, даже чуть хуже.
Когда меня отправили работать в Индию - я был доволен, как слон. Я ехал не один, а со своим другом, Мирон Тихонович .. он любил, когда его называли по имени и фамилии. Это придавало чувство собственной важности. В этой небогатой стране было много таких же, как мы: головастых, но очень юных студентов, по самым разным профилям. До сих пор помню, что из Австралии приезжало очень много биологов, а из Африки - географов.
Я же был физиком. Физик-математик. Какое-то время я преподавал в школе на полставки, а остальное время просиживал в прохладном офисе, большую часть времени где слонялся без дела. Но это, конечно, очень бумажная работа. Потом начались и вправду хорошие интересные задачи: я выезжал с африканскими географами на место. Они говорили, я считал. Измерял. Они мне кивали и на ломанном английском пытались доказать, что у них все не сходится, и мои труды - филькина грамота, если так дальше будет продолжаться. Я уходил пить чай, а когда возвращался к ним, постоянно слышал "Извините, извините" .. и все уже сходилось. Интересная работа. Только, может, нервная немного, и требует усидчивости. Но бездельно просиживать штаны за зарплату или пить чай на объектах я был не против.
Потом меня отправили в ЧЗО. Предложили другую контрактную работу, и выслали из нищей страны вон. Я слушал разговор посла Индии и помощника министра образования. Там через слово мат и "достаточно у вас". Было смешно слушать, как индийский посол ругается матом на ломанном русском.
Подписал контракт. Неразглашение: 50 лет. Черт бы с ним.
И стал я заниматься все тем же, чем и раньше... Просиживал штаны в мобильном бункере, защищенном толстым слоем бетона и стали, много считал, пил чай с такими же, как и я. Но, самое главное, отправили меня не одного. Отправили меня с Мироном Тихоновичем. Моя отдушина, моя последняя надежда на человеческий род! Мы были буквально как две капли воды. Даже сны, у нас казалось, были одинаковые. Все об одном.
А потом он погиб. За неделю до выезда из этого проклятого места.
Я не буду рассказывать, как конкретно. Но он погиб. Погиб самой скотской смертью: родственникам даже нечего было отправить для похорон. Кишки, кости и несколько пальцев. И в этом виноват я. Официальную причину смерти указали мутно: взрыв газового баллона. Уж не знаю, как там с телом решали вопрос. Доставили просто внутренности, костей штук десять и два рваных пальца?
Контракт подошел к концу. И вот я выезжаю.
Не получилось. Такого я раньше не встречал. Долго сидеть нелегалом в бункере я не мог, поэтому просто ... ушел.
Держит меня, мерзавка-Зона. И неизвестно, сколько будет держать еще.
Последнее редактирование:
